10.03.2013

Кахетинская Елизавета, бывшая Елена

В цитатах болд и прямой шрифт – мои.



1)       Никольский  (монастырь в Иерусалиме) - построен кахетинскою царицею Еленою, в иночестве Елисаветою. При нын. Патриархе в нем устроена типография на два станка <…> Монастырская церковь трехпрестольная с приделами во имя преп. Антония Великого и св. влкмч. Варвары. В главном иконостасе местные образа российского иконного письма, пожертвованные Иерофеем архиеп. Фаворским (ныне Антиохийский Патриарх), бывшим за сбором в Москве в 1851. В левом приделе обращает на себя внимание другая древняя икона влкмч. Варвары.




Александр Цагарели. Памятники грузинской старины в Св. Земле и на Синае. – Православный Палестинский сборник, 10-й вып. - СПб., 1888:


2)       Около половины XVII в. приходила в Иерусалим царевна кахетинская Елизавета, в миру Елена, выстроившая в Иерусалиме монастырь Св. Николая (со ссылкой на Тимоте). – С. 66

3)       Монастырь Св. Николая лежит на севере большого греческого патриаршего монастыря, близ латинского Спасителя. По Тимоте, он построен около половины XVII в. сестрою царя Кахетинского Теймураза (1605 – 1663) Еленою, которая сначала ездила в Персию, затем приехала в Иерусалим, постриглась в монахини под именем Елизаветы (по другим Анастасии) и выстроила церковь эту во имя св. Николая. Патриархи Иерусалимские Хрисанф и Досифей также называют ее грузинскою (цитата на греческом). Последний добавляет, что она была подновлена в конце XVII в. (ссылка на грамоту) На камне длиною в 1 метр 13 сант., вделанном в стену этого монастыря, выходящую в патриарший сад, имеется грузинская надпись, которую я снял. Мне был прислан еще раньше (1880 г.) снимок с этой надписи через академика Дорна Германским Палестинским Обществом для разбора и перевода, что и было мною сбелано и напечатано (ссылка на немецкое издание) Теперь это греческий монастырь с патриаршею типографиею. Во время Пасхи до 300 паломников находят здесь приют. - С. 121.

4)       XXXI. Надпись на цоколе алтаря монастыря Св. Николая, выходящего на патриарший сад:     
(грузинский текст)      
Св. Николай, будь перед Христом заступником кахетинской Елизаветы, бывшей Елены.
Эту же надпись, разобранную мной, см. в (ссылка на издание Немецкого Палестинского об-ва). - С. 250.

                        

Что обозначает разночтение на камне, вделанном в стену… выходящую в патриарший сад – снаружи?и на цоколе алтаря монастыря Св. Николая, выходящего на патриарший сад?

 Я, к сожалению, пока не нашла ходов к ревнивым грекам. Как только смогу что-то выяснить – доложу.

О Елене – у Цагарели со ссылкой на Тимоте Габашвили (архиепископ Тимоте Габашвили, Кутаисский митрополит, посетивший Иерусалим в 1755-1758).

Тимоте (как Цагарели и Кавелин) ссылается на Досифея.

Досифей (ум. 1707), патриарх Иерусалимский, на его Историю Иерусалимских патриархов – ссылки у всех. У него сказано, что церковь подновлена – в конце XVII в. О Елене, насколько мне известно, - ничего.

 То есть надпись следует датировать не позднее Тимоте – сер. XVIII в.


Кахетинской Еленой–Елизаветой, побывавшей в Иерусалиме до середины XVIII в., может быть

1) Елена-Елизавета-Анастасия, XVII в., – сестра Теймураза I, значит дочь Кетеван, ездила в Персию, потом в Иерусалим.

2) Невестка Теймураза I, жена царевича Давида, мать Ираклия I, Елена Диасамидзе (ум. 1695) поехала в Россию с сыном и тоже, кстати, ездила в Персию…

3) Дочь Ираклия I, сестра Вахтанга VI, тетка Ираклия II, мать Антония, ум. 1745, царица при Иессе Картлийском. Я ее нашла через Донской монастырь: Для живущих в Москве грузин был духовным и культурным центром. Здесь бывали <…> католикос Антоний I (племянник царя Вахтанга VI) и его мать монахиня Елизавета.

Последний вариант наименее вероятный. Тимоте – современник этой Елены, он не указывал бы другую Елену. 


Сейчас о первом варианте, самом вероятном.

Сестра Теймураза I


Среди родственников Теймураза, побывавших в Персии, обычно указываются мать Кетеван и два сына. Но есть и такое:

Парсадан Горгиджанидзе


Великой грозой и с многочисленным войском шах прибыл в Карабах. Узнав об этом, царь Теймураз послал ему навстречу свою мать, царицу Кетеван и сестру свою Елену с двумя [72] своими сыновьями — Леваном и Александром, со многими дарами и с просительными письмами.

Шаху это понравилось и он захотел вернуться. Кызылбаши также не хотели этого похода, но бывшие при нем картлийцы и кахетинцы стали просить шаха и говорили ему: «Мы и наши дети являемся заложниками здесь у вас, и если вашему войску будет причинен какой-нибудь вред, всем нам отрубите головы. Раз уж вы изволили пожаловать до этого места, то поохотьтесь в Грузии. И как вам будет угодно, так и распорядитесь, а затем, охотясь и развлекаясь, вернитесь обратно. Государь согласился с ними, мать царя Теймураза отправил в Шираз, и ее впоследствии за то, что не оставила своей веры, предали) мучениям, а сыновей Теймураза оскопили (Парсадан Горгиджанидзе, с. 71—72).


Мать Теймураза и Елены – великомученица Грузинской церкви Кетеван.


У С.М. Соловьева представлен разговор бояр с Теймуразом, явившегося к русскому царю (Алексею Михайловичу) за помощью в 1658. 

С.М.Соловьев. История России…


Хилков: «Как ты, царь Теймураз Давыдович, бил челом великому государю о подданстве, в то время персидский шах земле твоей какое разоренье учинил и в котором году?»

Теймураз: «Этому лет одиннадцать, как присылал я к великому государю бить челом о подданстве, и нынешний шах Аббас прислал на мое государство ратных людей, я против них бился, и на том бою убили сына моего, дочь взяли насильством да два города разорили; а при старом Аббасе-шахе разоренье было мне многое. Не хотя государству своему разоренья, послал я к шаху мать свою да сына своего меньшого, Александра-царевича, в аманатах. Когда моя мать со внуком приехала к старому шаху и била челом, чтобы он взял внука ее в аманаты и брал с государства дань, а разоренья не чинил, то шах сказал моей матери, чтобы она послала и по другого внука своего, Леона, а он, шах, которого внука в аманаты взять захочет, того и возьмет, а другого отпустит. Мать моя взяла и другого внука, Леона, но шах матери моей и детей не отпустил и присылал к ней, чтобы она бусурманилась, а он ее будет иметь вместо матери. Она отказала, что отнюдь веры христианской не отбудет. Тогда шах отдал ее под стражу и велел мучить: сперва велел сосцы отрезать, а после закаленными железными острогами исколоть и по суставам резать; от этих разных мук мать моя пострадала за Христа до смерти, а тело украл и привез ко мне француз; детей же моих шах обоих извалошил, и теперь они у шаха. После этого шах послал на меня своих ратных людей, я пошел против них и побил, после чего ушел в Имеретию и жил там два года; потом собрался с имеретийскими и дадианскими ратными людьми и шаховых людей из земли своей выбил и землю очистил; но в том же году шах прислал опять ратных своих людей, и я в другой раз ушел в Имеретию, а шах велел всю Грузинскую землю пленить и разорить, чтобы христианство все вывесть. Я и тут персиян выбил и стал владеть своим государством по-прежнему. Но при нынешнем шахе, тому лет одиннадцать, изменили мне два боярина, отвезли дочерей своих к шаху, сами обусурманились и навели на меня шаховых людей; я с ними бился, и на том бою сына моего Давида убили, а меня выгнали; от этого гонения я и до сих пор живу в Имеретии» (том 12, гл.5).


В рассказе Теймураза тоже нет сестры. Но у Соловьева она все же появляется.

Наконец дело дошло до Грузии, до Теймураза. Посол так объяснял дело: «Теймуразова сестра была за старым шахом, Аббасом, а Теймуразова дочь была за отцом нынешнего шаха, Сефи, и поэтому Теймураз государю нашему свой. Ссоры у грузинского Теймураза с Рустемом, ханом тифлисским, потому, что они между собою свои, близкие, одного поколенья, пошли от великого князя грузинского. Рустем-хан теперь шахов подданный и бусурманин, и половина Грузинской земли за ним, а другая половина — за Теймуразом. Так ссора между ними, и шах на Рустема-хана сердится, что он Грузинскую землю разорил и царевича убил. Теперь Теймураз живет у зятя своего, имеретинского царя, покинув свою землю, а к шаху ни о чем не пишет и не бьет челом; если бы он бил челом, то шах велел бы ему жить по-прежнему в своей земле. Я донесу об этом шахову величеству, и шах для царского величества велит Теймуразу землю его отдать и вперед землю его велит оберегать» (том 12, гл 5).


Суммируем.

Елена поехала в Персию заложницей со своей матерью и племянниками. Мать изувечили и убили, племянников оскопили, один от этого умер, другой с ума сошел. Елена попала в жены (в гарем) к шаху Аббасу Великому. Если предположить, что у нее были дети от шаха, то это мог быть один из сыновей Аббаса, о которых сказано: из четырех сыновей шаха Аббаса один был казнён, двое других ослеплены, а четвертый умер.

Сам Аббас умер в 1629, вот тогда Елена и могла поехать в Иерусалим, принять постриг, построить (или восстановить) церковь, в которой есть (была?) надпись:

Св. Николай, будь перед Христом заступником кахетинской Елизаветы, бывшей Елены


О Елене сестре Теймураза все, но напоследок история одной из жен Аббаса. Взята из армянского источника опять же XVII в. (конца).

ЗАКАРИЙ КАНАКЕРЦИ (1627–1699). Хроника


Глава XX. О ЖЕНЩИНЕ ПО ИМЕНИ ГОЗАЛ И ДЕЛАХ ЕЕ

В то время когда угнал шах [жителей] страны нашей и переселил их в Персию, угнал он с ними и [жителей] села Астапад. И была в селе Астапад одна красивая женщина, с широким лбом, сросшимися бровями, густыми волосами, танцовщица и песенница. Она после смерти мужа не выходила замуж и жила в городе Исфахане. И случилось, что гулял шах по Джуге; и все женщины-затворницы вышли из домов своих погулять и посмотреть на шаха. Вышла и та женщина, которую звали Гозал. А шах поглядывал то в одну, то в другую сторону, рассматривал женщин и, рассматривая, увидел Гозал и застыл на месте. И послал он евнуха одного повидать ее и спросить, кто она и откуда. /44б/ Пошел евнух и все разузнал и, вернувшись, рассказал шаху. А шах отправил его к старшинам Джуги и повелел: «Женщину с таким именем передайте сему евнуху и пошлите ко мне». И пришли евнухи и своей ли волею или силою отвели ее к шаху.

Увидев ее, шах словно обезумел. И полюбил он ее свыше всякой меры и, куда бы ни отправлялся, брал ее с собой. И когда возлежал на пиршествах, сажал к себе на колени и ласкал и обнимал ее. А когда она принималась танцевать и пела плясовые песни, и двигала станом, и изгибалась, шах смеялся и радовался, глядя на нее. И так прошло /45а/ много времени, но не усомнилась она в вере своей, и шах также ничего не сказал ей о вере. И оставалась она так в вере христианской, время от времени ходила в церковь и молилась, и никто ничего не говорил ей.
Случилось, что шах отправился в Багдад, чтобы овладеть им, и не взял Гозал с собою в Багдад, но осталась она в Исфахане. И спустя немного дней вспомнила Гозал страшный суд Господний, подумала и о грехах своих. Надела она одежды монахини-отшельницы и приобщилась к чину монашек, вступила в женский монастырь и со смирением стала каяться в грехах своих, искупать грехи свои обильными слезами. Случилось, что шах взял Багдад и вернулся /45б/ в Исфахан. Однажды верхом и с двумя телохранителями ехал он по городу и неожиданно встретилась ему Гозал в черной одежде, и узнал он ее и сказал: «О блудница, разве ты не Гозал?» Говорит Гозал: «Это я, бесстыдная и грешная служанка твоя». Говорит шах: «Во что это ты оделась?» Говорит Гозал: «Вспомнила я день суда Господня, подумала о грехах своих и надела сии черные одежды, быть может, простятся мне грехи мои».

Шах помолчал мгновение, а затем воздел руки к небу и сказал: «О Господи Боже! Сделай и нас достойными веры». И, сказав это, отправился далее. /46а/ Но когда удалился он на [расстояние] брошенного камня, остановился и позвал к себе Гозал, говоря: «Где живешь ты?» Говорит Гозал: «В Джуге есть много женщин, одетых в черное, там и я живу с ними». Говорит шах: «Откуда довольствуетесь?» Говорит Гозал: «Довольствуемся из твоего довлата и тем, что пошлет [нам] Господь». И тогда, оставив одного скорохода с нею, сказал [шах]: «Ты с телохранителем не спеша иди к нам». А сам с другим скороходом уехал.

Гозал же шла, плача и причитая, и думала, что для дурных дел зовет он ее. Так шла она в глубокой задумчивости и достигла дворца. И увидев, что сидит шах на троне, подошла [Гозал] к нему и поцеловала /46б/ ноги [его]. Говорит шах: «Даю тебе грамоту вольности, дабы никто не причинил тебе вреда». И призвал он писца и сказал: «Пиши так: «Я, шах Аббас, даю грамоту вольности женщине по имени Гозал, дабы, где бы она ни была, исповедовала веру христианскую, и пусть никто не преследует ее из-за веры, ибо она христианка. Если кто из мусульман назовет ее мусульманкой, [пусть знает], что она не мусульманка, и если христиане назовут ее мусульманкой, да станут они сами мусульманами»». Написав это, поставил печать и дал ей. [Затем] призвал казначея своего и сказал: «Принеси 50 золотых и дай ей». И говорит [ей]: «Это тебе для расходов на платье». И повелел поварам: «Отправьте туда, где она живет, 10 литров риса, 5 литров масла, 3 вьюка пшеницы». /47а/ И сделали так, как он повелел. И пока шах Аббас был жив, оставалась Гозал в Исфахане, когда же царем стал шах Сефи, вернулась Гозал в Астапад.

Однажды встретился с ней вардапет Закарий Вагаршапатци, тот, что был настоятелем монастыря Ованнаванк и раньше знал Гозал, и говорит ей вардапет на персидском языке: «Мадар, чи куни чи халдар?» Говорит Гозал: «Шюкри худа, халумара, хуб ас[т], тертера хагорд нададан». Говорит вардапет: «Чира?» Говорит Гозал: «Ми гойан ке то порники». Что на армянский язык переводится так: «Мать, что делаешь, как поживаешь?» Отвечает: «Слава Богу, живу хорошо, только священники /47б/ не дают причастия». Вопрос: «Почему [не дают]?» Ответ: «Говорят, ты блудница».

Рассердился вардапет на священников и на следующий день повелел одному младшему иноку по имени Акоп, который [позднее] стал настоятелем монастыря Астапада, отслужить обедню. И поставил он Гозал перед алтарем, и, когда кончилось богослужение, вардапет произнес проповедь об обращенных. И текстом проповеди сией было: «И беззаконник, если обратится от всех грехов своих… жив будет…» (Иезек., 18, 21). И причастил ее. И, оставаясь в вере христовой и покаявшись в грехах своих, умерла естественной смертью Гозал, и опустили блудницу в могилу, оправданною милостью Христа, благословенного в веках. Аминь.


Легенды тем хороши, что они щадят наши чувства и вселяют уверенность в осмысленность происходящего.

Фотографии монастыря Св. Николая есть здесь.

Комментарии отправлять сюда.

Перейти на другие публикации по теме можно отсюда.

Посещение монастыря входит в экскурсию "Бывшие грузинские монастыри Старого города".


Мои экскурсии представлены также на сайте "Путешествуйте!"